Осенью этого года исполнится 10 лет с момента начала операции США и НАТО в Афганистане. За этот период в стране, несомненно, достигнуто многое в плане восстановления государственности и централизации власти, но в главном вопросе обеспечения мира и стабильности, и минимизации угроз для соседей по региону нет особых достижений. Многотысячному военному контингенту НАТО, а также подразделениям США и Великобритании не удалось, за почти десятилетний период, покончить с терроризмом и экстремизмом, обеспечить мир и стабильность в Афганистане. Спрашивается, ради чего, собственно, была начата вся эта кампания? Если не считать уничтожения Бен Ладена, то запоздалая его ликвидация не изменила общую ситуацию с угрозой терроризма. Очевидно одно, что афганский народ, который с вводом коалиционных войск и формированием нового правительства, принятием конституции, выбором парламента, очень надеялся на установление мирной жизни, был разочарован.
Правительство погрязло в коррупции, львиная доля из многомиллиардной иностранной финансовой помощи исчезает, с каждым годом усиливаются вооруженные выступления талибов и других антиправительственных сил.
В таких условиях, естественно, многих начинает волновать вопрос о том, что ждет Афганистан после вывода коалиционных сил. Сегодня, на фоне активизации процесса тайных и явных переговоров с противниками правительства, по всей стране наблюдается военная и террористическая активность талибов, боевиков Г.Хекматиара и других экстремистских группировок.
Следует отметить, что афганское правительство, да и страны Запада в переговорах с руководством «Талибана» выступают не с позиции победителя, а с пораженческими настроениями. Создаётся такое впечатление, что правительство готово принять любые условия талибов, если они согласятся прекратить борьбу и сесть за стол переговоров. Страны Запада также примирились с порядками, установленными талибами, с нарушением прав женщин, считая это обычаем и традиций народа, с которыми, по их мнению, нужно считаться.
Настойчивые призывы начать переговоры продолжаются, несмотря на то, что за почти 17 лет со дня появления движения «Талибан» оно ни разу не демонстрировало готовности идти на компромиссы и садиться за стол переговоров.
Высокопоставленные представители власти теперь все громче заявляют, что талибы не враги. Сообщается, что тактика переговоров приносит пользу; некоторые полевые командиры пытаются выйти из войны и официально объявили, что прекращают нападения на правительственные силы. Также сообщалось о переходе нескольких отрядов на сторону властей.
Все это хорошая тенденция, но мы помним 80-90-е годы прошлого века, когда каждый день государственное телевидение и средства массовой информации Республики Афганистан сообщали о переходе десятков вооруженных моджахедов и полевых командиров на сторону правительства, но это отнюдь не изменило расклада сил.
Сегодня переход на сторону правительства может быть очередной тактикой талибов войти в государственные органы, в силовые структуры, а затем попытаться изменить режим «изнутри» путем легальной политической борьбы или военного переворота. События 1 апреля 2011 г. в Мазари Шарифе свидетельствуют, что среди зачинщиков беспорядков и кровавой расправы над сотрудниками ООН были талибы, которые в рамках мирного процесса сложили оружие и перешли к мирной жизни. Начальник Главного управления уголовных расследований МВД Афганистана Мирзо Мохаммад Ярьманд заявил, что «нападение на сотрудников ООН было организовано группой талибов, недавно перешедших на сторону правительства». Губернатор Балха Атта Мохаммад Нур, также подтвердил информацию о причастности талибов к нападению на миссию ООН, однако, при этом не стал исключать участия в этих драматических событиях и других политических сил. «Определенные политические круги пытаются дестабилизировать ситуацию на севере страны», - заявлял тогда Атта Мохаммад Нур. В частности речь шла о членах так называемого «Общества защитников Корана».
Таким образом, США и другие страны НАТО перед уходом пытаются создать видимость формирования с талибами так называемого «правительства национального примирения», с тем, чтобы скрыть своё поражение и уйти с честью.
В таком случае на самом деле произойдет передача власти талибам по опыту 1992 г., когда моджахеды захватили власть. Сегодня настойчивость правительства и коалиционных войск идти на компромисс с талибами вдохновляет последних, они это воспринимают как слабость и бессилие коалиционных войск в создавшейся ситуации.
Нам кажется, что повторяется сценарий конца 80-х начала 90-х гг. прошлого века, когда под давлением Советского руководства в Афганистане была принята Программа национального примирения, и в одночасье в официальных средствах массовой информации и заявлениях руководства Афганистана недавние так называемые «ашрари» («враги») превратились в «барадарене азурдахатер» («обиженные братья»). Советское военное командование тогда с согласия правительства Наджибуллы начало переписку с Ахмад Шахом Масудом о создании Таджикской автономии в составе Республики Афганистан. Сегодня также выдвигаются идеи передачи юга Афганистана талибам и т.д.
Как известно, в тот период основные военно-политические группировки моджахедов не пошли на компромисс с правительством, не вошли в состав коалиционного правительства. Но, настойчивые призывы к миру, одностороннее прекращение боевых действий со стороны правительственной армии, вывод советских войск и прекращение помощи правительству Наджибуллы привели к усилению пессимистических настроений в руководстве правящей партии и в правительстве была потеряна вера в будущее государство, начались явные и тайные встречи, переговоры представителей высшего эшелона партийно-политической власти, а также военных с различными вооруженными исламскими этно-политическими группировками. Таджики вели переговоры с Б. Раббани и Ахмад-шахом Масудом, пуштуны с Г.Хекматяром, а узбеки сгруппировались вокруг А. Р. Дустума. Более того, участились случаи перехода частей правительственной армии на сторону моджахедов. Таким образом, это закончилось свержением режима Наджибуллы и приходом к власти моджахедов. Вопреки прогнозам, что режим Наджибуллы без советских войск не удержится и месяц, он просуществовал три года и показал, что в случае получения помощи, он сам мог бы успешно бороться с вооруженной оппозицией.
Сегодняшняя ситуация во многом похожа. Разница лишь в том, что моджахеды тогда представляли широкий спектр исламских политических партий и движений, разных этнических групп, чего нельзя сказать о «Талибане», политику, порядки, которых не приемлет население Кабула и Севера Афганистана, где в основном проживают не пуштуны. Также доподлинно известно, что от политики талибов не в восторге и на юге страны.
Предполагаемый вывод иностранных войск с каждым днем усложняет ситуацию. Нестабильность юга перешла и на север, участились террористические акты (в том числе с использованием смертников). В некоторых северных провинциях уже хозяйничают талибы.
Расширение боевых действий и укрепление позиций экстремистских групп в северном Афганистане неминуемо окажет негативное влияние на безопасность всей Центральной Азии и России. Наблюдения показывают, что тенденция дестабилизации севера страны становится все ощутимее. Примерно с конца 2008 г. отмечается рост числа боевиков «Талибана», ИПА Хекматиара, членов экстремистских групп центральноазиатских стран особенно в районе Кундуза, который традиционно имеет важное геополитическое значение. Наблюдатели говорят даже о переброске боевиков вертолетами на север Афганистана при содействии ISI (разведслужба) Пакистана, Аль-Каиды и других заинтересованных сторон.
В октябре 2009 г. президент Афганистана Хамид Карзай заявил, что у афганских властей имеются данные о том, что вооруженные боевики на север страны перебрасываются на неизвестных вертолетах. Первые сообщения об этом якобы поступили в мае 2009 года. Спустя несколько дней после выступления Карзая губернатор Кундуза Мохаммад Омар сообщил, что некоторые командиры талибов выходят на контакты с британцами через пакистанскую Межведомственную разведку (ISI), что свидетельствует о роли ISI в этих событиях.
Между тем, с проникновением «Талибана» на севере страны возникли горячие точки, некоторые уезды перешли под их контроль, стало небезопасно движение на шоссе, связывающее Ширханбандар с Мазари-Шерифом и Кабулом.
Вместе с талибами на Севере появились другие члены экстремистских партий: Исламское движение Туркестана (ИДТ), в составе которого находятся узбеки, киргизы, казахи, таджики, чеченские боевики и т.д.
Как известно обеспечение безопасности на севере Афганистана входило в компетенцию немецких сил из состава ISAF. Осложнение ситуации послужило поводом для ввода американских войск в этот регион, а инициировал переброску американских войск губернатор Кундуза Мохаммад Омар, организовав несколько встреч со старейшинами и ряд выступлений на телевидении, в ходе которых предложил ввести американские войска для обеспечения стабильности.
Последующие события показали, что дестабилизацию ситуации на Севере, на непосредственных границах центральноазиатских государств США использовали в своих интересах. Они получили повод ввести свои войска в регион. Так, по данным средств массовой информации Афганистана, к июлю 2010 г. численность американских военных в приграничной с Таджикистаном афганской провинции Кундуз достигла уже пяти тысяч человек. Американцы появились и в других провинциях. В тот же период на Севере активизировались и американские дипломаты. В 2010 г. в Мазари-Шарифе открылось генеральное консульство Соединенных Штатов.
Американскую военную и дипломатическую активность на севере Афганистана можно рассматривать в рамках центральноазиатской стратегии США. Теперь распространяются слухи о создании постоянных военных баз США на Севере, в непосредственной близости от границ стран Центральной Азии. По поводу военных баз США распространяется много слухов, хотя достоверные данные отсутствуют. Есть предположение, что будет создано от 3 до 5 баз. Есть некоторые сообщения, что одна из таких баз будет создана в уезде Ташкурган в местечке Шубагли, на непосредственной границе трех стран - Узбекистана, Афганистана и Таджикистана, куда прокладывается автомобильная дорога.
Несомненно, создание военных баз США в регионе может усилить соперничество между крупнейшими странами мира. В этой ситуации опасность возникновения локальных вооруженных конфликтов возрастает. Таким образом, Север Афганистана, который должен стать крепким щитом, обеспечивающим безопасность Центральной Азии от терроризма и экстремизма, контрабанды наркотиков, становиться более уязвимым.
Большую опасность для Центральной Азии представляет само присутствие группировок боевиков, которые руководствуются идеологией насилия, вблизи границ региона. Тем более, если эти радикальные группы прошли подготовку в Пакистане или обучались в пакистанских медресе. По данным афганского эксперта М.А. Сиистани, с 2000 по 2005 гг. только в зоне свободных племен вдоль афгано-пакистанской границы число религиозных медресе выросла в 28 раз, и составило 6870, а по всему Пакистану их число превышает более 30000. По словам Хекмата Карзая, в приблизительно в 6,5 тысячах медресе ведется идеологическая обработка в духе вражды и насилия. Многие выпускники этих школ после тщательной промывки мозгов в качестве смертников отправляются в Афганистан и Кашмир.
Среди студентов пакистанских медресе много представителей постсоветских республик Центральной Азии, в том числе и из Таджикистана. Их поддерживает «Аль-Каида», Пакистанская межведомственная разведка. Их используют в качестве террористов-самоубийц. Поэтому таких террористических актов с каждым днем становятся все больше. Нет никакой гарантии, что это явление не проникнет и в другие страны региона.
Следующий сценарий, который уже реализуется на Севере - это уничтожение авторитетных лидеров, представителей командного состава силовых структур ИРА, которые действительно готовы все сделать для поддержания мира и стабильности, и которые активно борются против талибов. В 2009-2010 гг. талибы не смогли достичь особого успеха, так как столкнулись с сопротивлением местных командиров и населения. Были созданы отряды местной полиции, организованы успешные операции против талибов. Но сегодня тактика талибов меняется. Не без помощи ISI они выбрали тактику устранения авторитетных лидеров, возглавляющих борьбу с радикально-экстремистскими группировками.
Наглядным свидетельством того служит убийства начальника полиции провинции Кундуз Саидхеля в начале 2011 г., командующего зональной полиции Севера М.Дауда в Тахаре, в мае 2011 г. В дни, когда в Алматы проходила международная конференция по проблемам Афганистана (9-10 июня 2011 г.), в Кундузе было совершено покушение на жизнь преемника Саидхеля на посту начальника полиции этой провинции генерала Катра. Представляется, что события 1 апреля 2011 г. в Мазари-Шерифе, где были убиты работники ООН, также была направлена на то, чтобы разрушить имидж Балха как стабильной провинции. Убийство сотрудников ООН было направлено против имиджа весьма влиятельного политика-губернатора провинции Балх Атта Мухаммада Нура, которого некоторые зарубежные средства массовой информации окрестили «королем Севера».
На севере Афганистана наблюдается еще одна опасная для стран Центральной Азии тенденция - здесь начали активную работу две политические партии, которых раньше не было в Афганистане. Речь идет о «Хизб ут-Тахрир» и «Джамаат-ут Таблиг». Сейчас у них растет число последователей. Они беспрепятственно ведут работу, особенно среди молодежи. Опасность для Центральной Азии они представляют в том смысле, что во всех государствах ЦА у этих партии много последователей. Они призывают к исламу, к джихаду и находят отклик у определенных слоев населения, особенно у молодежи.
Росту числа последователей «Хизб ут-Тахрир» и «Джамаат-ут Таблиг» может способствовать тот факт, что талибы скомпрометировали себя на Севере своими действиями. «Талибан» имеет сторонников в основном среди пуштунов, во всяком случае, талибы действуют на Севере преимущественно в местах контактного проживания пуштунов, например в Кундузе, в Баглане и других уездах, населенных пуштунами.
На Севере действует и другая антиправительственная группировка – ИПА («Хизби-е-Ислами»). Несомненно, среди талибов есть и представители других этнических групп Афганистана, в частности таджики, из числа молодежи, обучавшейся в пакистанских медресе, но их меньше.
В этих условиях, если на севере Афганистана будут поддержаны те силы, которые действительно борются с экстремистами и террористами, то Север может стать надежным шитом, своего рода «буфером безопасности» для Центральной Азии.
Еще одна неблагоприятная тенденция, которая может в будущем стать источником нестабильности наблюдается в афганском Бадахшане.
Бадахшан представляет стратегически важный регион, граничит с Пакистаном, Китаем, Таджикистаном, недалеко и Киргизия. В географическом плане это горная местность, у населения крепкие религиозные убеждения. Но здесь растет число медресе и мечетей, распространяются идеи и идеологии других экстремистских исламских группировок. Все это чревато возникновением очага кризиса на границе четырех государств.
Другая проблема, которая также может повлиять на безопасность Центральной Азии - это усиление этнических противоречий. В афганском обществе эта проблема не нова, и для ее решения предлагались и предлагаются различные идеи - от простой децентрализации властных полномочий до создания парламентской формы правления и федеративного обустройства Афганистана. В настоящее время в средствах массовой информации развернута дискуссия по вопросу раздела Афганистана. Эту идею предложил бывший посол США в Индии Роберт Блеквейл как единственный, по его мнению, путь спасения от насилия, исходящего с Юга страны. Хотя следует отметить, что впервые этот проект был предложен лидером Либерал-демократической партии Британии Ником Клигом и известным английским политиком Педи Ишдован в сентябре 2009 г. в газете «Гардиан». Роберт Блеквейл предлагает разделить Афганистан на две части - Север и Юг. При этом он предлагает, оставив талибам Юг страны, сосредоточить все внимание на защиту и развитие Севера, где проживает более 60 % населения страны, и которое преимущественно не пуштунское. При этом, по мнению Блеквейля, США должны заявить, что их силы будут постоянно наносить удары по «Аль- Каиде», где бы она ни находилась, а также по талибам, которые выйдут за пределы своей территории и нападут на Север или Запад страны. Возможно, придет время, и Афганистан будет иметь сильную национальную армию, и сможет поставить под свой контроль пуштунскую часть страны (Юг Афганистана).
Сегодня, когда вывод американских войск вступил в практическую фазу реализации активность обсуждения этой темы на Западе возрастает, хотя в самом Афганистане не наблюдается оживленного обсуждения вопроса о разделе страны. Известный пакистанский журналист и эксперт Ахмад Рашид считает, что «в Афганистане даже один человек не поддержит план раздела страны». Возможно, это категоричная оценка. Но судя по обсуждению этого вопроса на интернет-сайтах, можно полагать, что талибы получат под свой контроль юг страны и будут жить и править по своим законам и племенным обычаям. Как известно, у талибов другие ценности, другая идеология, другое понимание устоев шариата. Они не должны навязывать их другим народам. Эта идея содержится и в плане федеративного обустройства Афганистана, который предлагает руководитель Партии национального конгресса Афганистана Латиф Педрам.
В то же время некоторые эксперты опасаются, что федеративное устройство или раздел страны приведет к усилению центробежных устремлений других этнических групп Афганистана, попытке объединения со своими соплеменниками в соседних государствах. Хотя вероятность такого сценария событий представляется маловероятной.
Таким образом, события, происходящие в Афганистане, рост влияния талибов на Севере, а также активизация других исламских группировок могут оказать серьезное негативное влияние на ситуацию в Центральной Азии. В то же время под предлогом необходимости нормализации ситуации на севере Афганистана в этот район могут быть введены американские войска, начнутся дискуссии по поводу создания военных баз США, что может привести к усилению соперничества ведущих стран мира.
