Узбекистан поднял цены на газ для Таджикистана до 249 долларов за тусячу кубометров. Несмотря на успешные геологоразведочные работы, Душанбе пока не может избавиться от ташкентской газовой зависимости. Узбекистан – единственный для него поставщик голубого топлива. И на центральноазиатском, и на внешнем рынке Узбекистан заслуженно чувствует себя хозяином ситуации. А в середине мая Ташкент будет демонстрировать свои успехи на 15-й юбилейной международной выставке «Нефть и газ Узбекистана 2011».

Несмотря на шаткую политическую модель, натянутые отношения с соседями и социально-экономические проблемы, в Узбекистане есть четкое понимание того, как распоряжаться экономическими ресурсами. Это нефть, газ, золото, уголь, уран, руды различных металлов, машиностроение и химия. В сфере топливно-энергетических ресурсов, в частности, по добыче природного газа эта страна занимает одно из ведущих мест в мире, по некоторым оценкам - восьмое. Узбекистан обладает около 75% запасов газового конденсата Центральной Азии, 31% запасов нефти и 40% запасов природного газа региона. В области добычи углеводородов страна по традиции, идущей из советских времен, находится в авангарде стран Шанхайской организации сотрудничества. Грамотно диверсифицировать энергетическое сотрудничество президенту Исламу Каримову мешали только политические последствия андижанских событий 2005 года. Однако начиная с 2008 года, Запад смягчил свою позицию по отношению к вооруженному конфликту в Узбекистане и режиму Каримова в целом.

Основные направления энергетической политики Узбекистана связаны с Россией, соседними государствами региона, Евросоюзом и Китаем. И главная борьба в регионе разворачивается между двумя «монстрами» - российскими и китайскими интересами в Узбекистане. Как результат: либо продолжение тесного взаимодействия с «Газпромом» и «Лукойлом», либо функционирование в качестве одного из звеньев «Паназиатского глобального энергетического моста».

На конец 2009 года российские инвестиции в газовую отрасль Узбекистана составили один миллиард долларов. Количество совместных проектов сложно сосчитать пальцами обеих рук. Это добыча и разведка газоконденсатных месторождений «Шахпахты» в Каракалпакстане, на плато Устюрт, «Кандым – Хаузак – Шады» и «Кунград», месторождений в Аральском море и в Гиссарском регионе. Однако Узбекистан все больше интересует переработка углеводородов, «Узбекнефтегаз» реализует подобные проекты в Мубареке, в районе месторождения «Кандым». И если Россия не переориентируется на переработку углеводородного сырья, то может потерять свои позиции в регионе.

Для полного контроля над циклом продажи газа и нефтепродуктов развиваются и трубопроводные сети: модернизируются узбекские участки трубопроводов «Средняя Азия – Центр» и «Бухара – Урал». Впрочем, кризис 2008 года основательно вмешался в модернизационные планы Узбекистана - почти во всех проектах наступил застой. А трубопровод «Средняя Азия – Центр», которому еще в 2007 году исполнилось 40 лет, до сих пор отмечается внештатными ситуациями вроде февральского пожара. И, похоже, что модернизация этой магистрали не сильно заботит Ташкент, который находится в ожидании открытия второй очереди Трансазиатского газопровода в декабре этого года.

За год с момента открытия первой очереди в Китай из Центральной Азии отправились 4 миллиарда кубометров газа. Планируется, что в дальнейшем в Поднебесную только из Узбекистана будет поступать до 10 миллиардов кубометров в год, а общая пропускная способность газопровода составит 60 миллиардов. Кроме того, китайский консорциум China National Petroleum Corporation участвует в поиске углеводородов на территории Узбекистана вместе с Россией, вкладывая сотни миллионов долларов в геологоразведку в условиях риска. На смену «Великому шелковому пути» приходит «Великий газовый».

В деле развития трубопроводной сети Узбекистан плотно сотрудничает с Туркменистаном и Казахстаном, и конечной целью этого взаимодействия должно стать установление европейских цен на нефть и газ. В этой ситуации вряд ли пострадают крупные импортеры вроде России и Китая, однако высокие цены могут оказаться нереальными для своих же, азиатских, энергопотребителей в Киргизии и Таджикистане. В связи с повышением цен для Таджикистана, на севере страны отказались от поставок дорогого узебкского газа, ведутся переговоры о снижении цены.

Поставки газа являются жизненно важными и для европейских потребителей. И несмотря на то, что центральноазиатские ресурсы Европа рассматривает как дополнительные, тем не менее, Европейский Союз ежегодно предусматривает в бюджете средства на поддержку стран Центральной Азии, увеличивая эти суммы год от года. При этом есть мнение, что сам Узбекистан не очень заинтересован в продаже энергоресурсов в Европу и предпочитает других покупателей для своего газа.

Некоторые эксперты считают, что энтузиазм иностранных предпринимателей, инвестирующих в узбекскую экономику, может натолкнуться на непредвиденные риски, прежде всего – политические. В борьбе за контроль над распределением энергоресурсов мало кто замечает внутренние проблемы в стране, которая копирует турецкую и египетскую политико-экономические модели. Газовые успехи Узбекистана, согласно пессимистическим прогнозам экспертов, лишь ненадолго отодвигают серьезные проблемы в экономике в целом и межэтнические конфликты. Нищета в Ферганской долине, тяжелое положение русскоязычного населения, радикальный исламизм и постоянные конфликты с соседним Таджикистаном – вот неполный список того, что в любую минуту может подорвать страну, как прохудившийся газовый трубопровод.